ИИ для психолога: что доверить, а что нет

Заметку по сессии вы пишете ближе к полуночи, по памяти, после ещё трёх встреч. Перед следующей сессией листаете переписку, чтобы вспомнить, о чём говорили две недели назад, и держите в голове пятнадцать клиентов сразу. На этом фоне обычный чат-бот кажется спасением: вставили пару абзацев пересказа, через минуту получили аккуратный текст. Понятно, почему рука тянется к нему после длинного дня.

Для клинической работы у такого решения есть цена, и её стоит знать до того, как в чат уйдёт первая история клиента.

Что не так с обычным чат-ботом для клинической работы

Первая проблема в данных. Текст, который вы вставили в чат, уходит на серверы сервиса общего назначения, и дальше вы уже не решаете, сколько он там хранится и кто может его прочитать. За конфиденциальность перед клиентом отвечаете вы, а на вопрос «куда попадают мои слова?» честного ответа у вас не будет.

К тому же у чат-бота нет записи по клиенту. Каждый разговор начинается с чистого листа. Чтобы получить осмысленную заметку, вы заново пересказываете запрос, историю и то, что было на прошлых встречах. Через пару месяцев у вас два десятка разрозненных чатов, и ни один из них не знает, что было до него.

Ещё результат зависит от того, как сформулирована просьба. Один и тот же пересказ в понедельник превращается в SOAP, а во вторник в эссе с советами клиенту. Формат приходится объяснять каждый раз заново, и проверять, не добавил ли бот того, чего на сессии не было.

И наконец, ничего не привязано к сессии. Заметка лежит в чате, анкета в почте, договорённость о домашнем задании в переписке. Собрать это в картину случая остаётся вашей работой, ради которой вы и открывали чат-бот.

Что делает ограниченный ассистент

В CognitEase ассистент встроен в практику: у каждого клиента своя история работы, и ассистент пишет только туда и только то, что вы ему разрешили.

Если вы включили анкету, клиента попросят заполнить её до первой встречи, и вы прочитаете короткое резюме его ответов вместо трёх абзацев текста. После сессии, для которой вы включили расшифровку, вас ждёт черновик клинической заметки в выбранном формате: SOAP, DAP или ваш собственный набор до шести разделов, например «убеждения, триггеры, интервенции, план» для КПТ. Черновик собран из того, что прозвучало в разговоре. Вы правите любой пункт, убираете лишнее, дописываете своё и подтверждаете.

Из подтверждённых заметок растёт картотека клиента по модели 5П: предъявляемая проблема, провоцирующие, предрасполагающие, поддерживающие и защитные факторы, а также план работы и динамика. Картотека обновляется только после того, как вы подтвердили заметку, а неподтверждённый черновик её не меняет. Любой раздел можно поправить вручную, а каждое обновление от ассистента сохраняется отдельной версией, так что видно, что добавилось после мартовской сессии.

Перед следующей встречей у вас есть брифинг: где остановились, какие темы повторяются, какие вопросы остались открытыми и на что обратить внимание. Он опирается на картотеку и до трёх последних подтверждённых заметок. После долгого перерыва брифинг помечает это отдельно и предлагает выяснить, что произошло за это время.

Договорённости о домашнем задании ассистент тоже находит в разговоре и предлагает, а назначаете их вы. Всё, что он пишет, остаётся черновиком, пока вы его не подтвердили, и в картотеку попадает только подтверждённое. Как устроены заметки, картотека и брифинг, описано на странице «Умное досье».

Доверить ассистенту можно ту работу, которая съедает вечер: первый вариант заметки, сведение фактов в картотеку, подготовку к встрече. Решение, что из этого правда о клиенте и что с этим делать дальше, остаётся за вами.

Чего ассистент не делает намеренно

Ограничения здесь выбраны заранее, чтобы на вопрос клиента о его данных у вас был короткий и точный ответ:

• Видео сессий не записывается вообще.
• Звук записывается, только если для этого клиента включена расшифровка, и удаляется сразу после расшифровки в текст. Если клиент против записи, расшифровку для него можно выключить, и тогда ничего не записывается.
• Сырой транскрипт хранится только до готовности заметки, затем удаляется. Вам он не показывается, и дословная речь клиента не хранится. Остаются заметка, картотека и домашние задания.
• Ассистент не ставит диагнозов. Он пишет черновик по тому, что прозвучало в разговоре, а клиническое суждение остаётся за вами.

Заметки и картотека хранятся в зашифрованном виде, и видите их только вы. Клиент не видит ни заметок, ни картотеки, ни брифинга. Весь путь данных одной сессии и готовый текст для клиента есть на странице «Как CognitEase защищает данные клиентов».

Как это выглядит в работе

Карл Юнг ведёт частную практику онлайн. Во вторник в шесть вечера у него сессия с Анной Фрейд, для неё расшифровка включена. Говорят о работе: Анна третью неделю откладывает разговор с руководителем и плохо спит.

Когда Юнг заканчивает следующую встречу, черновик заметки по Анне в формате DAP уже готов. Он уточняет одну формулировку, вместо «тревога из-за работы» пишет «тревога перед разговором с руководителем», убирает пункт, который счёл лишним, и подтверждает. В картотеке Анны среди поддерживающих факторов появляется избегание трудных разговоров. На сессии они договорились, что до следующей встречи Анна отмечает вечера, когда плохо засыпает. Эту договорённость ассистент нашёл в разговоре и предложил как задание, Юнг его подтвердил.

С Виктором Франклом Юнг работает без записи, так они договорились на первой встрече. После его сессий Юнг пишет заметку сам, и в систему не попадает ни звука.

Через неделю, за пять минут до встречи с Анной, Юнг читает брифинг. Остановились на том, что разговор с руководителем так и не состоялся. Открытый вопрос: сон в будни. Обратить внимание: Анна меняет тему, когда речь заходит о сестре. Листать переписку и старые заметки ему не нужно.

Пока идёт бета, CognitEase бесплатен, и черновик заметки можно проверить на одном клиенте, прежде чем доверять ассистенту остальных.